Федор Сологуб

Георгий Адамович
Георгий Адамович
10 августа 2016
Владислав Ходасевич
13 августа 2016
Федор Салогуб

Федор Салогуб

[zilla_likes]

Певец распада

«…и вспоминаешь какое-нибудь его стихотворение , один раз прочитанное, но все целиком. И ни одно не забывается совершено. Все они обладают способностью звезд проявляться в тот или другой час ночного безмолвия…», — пишет Николай Гумилёв. «Муза его печальна или безумна. Предмет его поэзии — скорее, душа, преломляющая в себе мир, а не мир, преломленный в душе», — отзывается Александр Блок. «Действие его похоже на наркотики, будто не стихи читал, а выкурил трубку опиума. Все предметы вырастают до небывалых размеров, но теряют плоть и вес. Мир вещей претворяется в мир понятий, волны ритма заливают вселенную…», — говорит Илья Эренбург. «Жестокое время сотрёт многих, но он в русской литературе останется», — замечает Евгений Замятин. Все эти слова относятся к творчеству одного из самых значительных поэтов серебряного века Фёдора Сологуба.
Большинство поэтов серебряного века, символистов, акмеистов, футуристов были людьми передовыми, получившими хорошее образование, подолгу жившими за границей, интеллектуалами и эстетами. Судьба Фёдора Кузьмича Сологуба совсем не похожа на судьбы его коллег. Сологуба можно назвать ребёнком нищего Петербурга, он был из тех, кто жил жизнью героев романов Достоевского, униженных и оскорблённых. Он родился 1 марта 1863 года в Петербурге в семье бывшего крестьянина Полтавской губернии Кузьмы Афанасьевича Тетерникова. Приехав в Петербург, Кузьма Афанасьевич стал портным, завёл собственный дом, то есть смог оплачивать отдельную квартиру. Его мама, Татьяна Семёновна, родилась в Гатчинской волости Петербургской губернии, в селе Фалилеево. Через два года, в 1865 году родилась сестра Фёдора Кузьмича Ольга, а ещё через два года, в 1867 году от чахотки умирает отец будущего писателя. После смерти отца, мама какое-то время пытается держать прачечную, но жить независимой жизнью с двумя детьми на руках у неё не получается. В скором времени она устраивается прислугой в семью Агаповых, у которых она когда-то уже работала.
В доме Агаповых, в доме которых вырос Сологуб, была довольно состоятельной, отношения в доме складывались душевные. Вдова коллежского асессора Галина Николаевна крестила и Фёдора, и сестру его Ольгу, дети называли её бабушкой. У неё самой было трое детей, сын и две дочери. Благодаря своему особому положению в доме Фёдор мог читать книги, часто посещать театры, слушать музыку, иными словами, прикоснуться к барской жизни. Но возвращался он всегда на кухню, в которой тяжело трудилась его мать. Всю свою усталость, раздражение она вымещала на нём. За любой проступок детей наказывали розгами, ставили в угол на колени или били по щекам. Такая двойственная жизнь сильно повлияла на характер Фёдора Сологуба. Кто-то из поэтов оставил о нём воспоминание «… он был одновременно и ласковый, и страшный…». Такое детство было у будущего поэта.
В 1878 году при помощи Агаповых Фёдор Тетерников поступает учиться в Санкт-Петербургский Учительский институт. Это было совершенно особое место, в котором преподавали передовые педагоги того времени. Фёдор Кузьмич оставил воспоминание о своём поступлении в институт: «Приемный экзамен в институт. Простая обстановка. Кто-то поднял руку, просится выйти — и это насмешило. Медицинский осмотр. Очень неловко — следы от недавних розог. Впрочем, видел только доктор и очень тактично промолчал». Учащиеся жили при институте. Все свои силы будущий поэт отдаёт учёбе. Его единственное желанье – поскорее встать на ноги и освободить свою маму от унизительной, тяжёлой работы. «Ни вина, ни пива не пил, рестораны и портерные не посещал», — вспоминает о нём студенческий товарищ.
В это время приходит увлечение поэзией, первые стихи Фёдора Тетерникова датируются 1878 годом. Любимым поэтом в ту пору был Некрасов, впрочем, любовь к его мрачным стихам Сологуб пронёс через всю жизнь, лирику Некрасова ставил выше Пушкина и Лермонтова. Начатую в 1879 году поэму «Одиночество» поэт посвящает Некрасову. Конечно же, поэзия Некрасова заметно повлияла на ранние стихи Фёдора Кузьмича. В конце восьмидесятых поэт усердно занимается переводами с немецкого, польского, венгерского, пробует писать прозу. В 1879 году начинает работать над романом-эпопеей «Ночные росы», который хоть и не был закончен, но много дал будущему писателю опыта и литературной практики.
Замкнутый и нелюдимый Тетерников в 1882 году с отличием оканчивает институт и сразу же уезжает с семьёй в Крестцы, маленький городок в Новгородской губернии, где устраивается на должность учителя Крестецкого народного училища.
Вдалеке от петербургской жизни он продолжает писать стихи, работает над поэмой «Одиночество», пишет статьи по педагогике, посылает свои работы своему бывшему наставнику по Учительскому институту Латышеву, который редактирует журнал «Русский начальный учитель». Под влиянием критики Латышева Фёдор Кузьмич отказывается от идеи напечатать «Одиночество». В начале восьмидесятых он начинает работать над первой большой работой, которая будет завершена, романом «Тяжёлые сны». Несмотря на то, что в это время он пишет очень много стихов, он никому их не показывает, считая эту пору своего творчества ученической. Впервые произведение Фёдора Кузьмича появилось на страницах детского журнала «Весна» 28 января 1884 года.
В Крестцах учитель, поэт и писатель столкнулся с ужасающей действительностью жизни маленького периферийного российского городка. Свой быт, портреты людей, окружавших его, многие случаи и ситуации, в которые он попадал, Сологуб перенёс на страницы своих произведений. Его статьи, описывающие нравы в училище, где он работает, его непохожесть на других, нелюдимость вызывают постепенно нарастающее раздражение начальства. Дома, несмотря на то, что Фёдор Кузьмич стал уже взрослым, самостоятельным человеком, обеспечивающим семью, он продолжал, как и в детстве получать от матери розги за любую провинность. А однажды вышло так, что поселившийся у Тетерниковых учитель Григорьев соблазнил работавшую в доме четырнадцатилетнюю девочку. Его посадили за решётку, но суда так и не состоялось, вмешалась местная общественность, а Фёдор Кузьмич и его семья были обвинены в клевете на «порядочного» человека. Эту историю Сологуб внёс в свой роман «Тяжёлые сны». В Крестцах оставаться более не было никакой возможности, и в 1885 году он перебрался в город Великие Луки, а в 1889 — в Вытегру, город, описанный позже в романе «Мелкий бес».
Десять лет поэт жил вдали от культурной столицы, окружённый жизнью периферийных городов, книгами и собственными литературными опытами. Он изучает историю античной, европейской и восточной философии, занимается языками, следит за всеми новинками литературной жизни. Восьмидесятые годы девятнадцатого столетия – годы затишья перед грядущими бурями, годы сна в обществе и в искусстве. Постепенно оттачивался собственный сологубовский стиль, поэтический мир автора наполняется столь популярными тогда ощущениями безысходности и апатии, мотивами небытия и смерти.

Ребенка часто посещал
Тяжёлый сон, необъяснимый;
Он детский разум ужасал
Загадкою неразрешимой.

И в тишине его ночей
К нему являлся некий гений
С коварной прелестью речей,
С утехой знойных наслаждений.

Ребенку мил был чудный взгляд,
И поцелуи вражьи милы, —
Он пил беспечно сладкий яд,
Играя с вестником могилы.

Заниматься литературой вдали от Петербурга поэт больше не мог, поэтому он принял решение вернуться в родной город. В начале девяностых годов в Петербурге вокруг журнала «Северный вестник» собралась группа передовых авторов, которых после стали называть символистами. В 1891 году Фёдор Кузьмич приезжает в Петербург, посещает редакцию этого журнала и знакомится с Николаем Минским, который очень серьёзно и благожелательно отнёсся к творчеству никому тогда ещё неизвестного поэта Тетерникова. Довольно быстро Фёдор Кузьмич знакомится с другими поэтами и писателями собиравшимися вокруг «Северного вестника» — Дмитрием Мережковским, Зинаидой Гиппиус, Константином Бальмонтом. Аким Волынский, редактор журнала загорается стихами молодого поэта, в них нравится ему всё, и простота, и мелодичность, и «сухой ритм чеканных строф», всё, кроме фамилии автора. Для декадента фамилия Тетерников была слишком простой. Ему быстро придумали псевдоним Сологуб, эта фамилия должна была вызывать у публики ассоциацию с графом Владимиром Соллогубом. В 1893 году впервые в печати появился его псевдоним.
Круг знакомств Сологуба быстро расширился. Он посещает Мережковских, где знакомится с Розановым, Чеховым, «среды «мира искусств», вечера у Случевского, устраивает вечера у себя дома. В 1896 году Сологуб выпускает сразу три книги – «Стихи, книга первая», «Тени», представляющая собой сборник из рассказов и второй книги стихов и роман «Тяжёлые сны». В 1897 году роман был переведён на немецкий язык и вышел в Австро-Венгрии. В России же критики высмеяли его, отмахнувшись от «декадентского бреда». «Тени» состояли из рассказов о детях, как правило, с печальными финалами.
Из-за разногласий с редактором «Северного вестника» Сологуб перебирается в журнал «Север», где печатает рассказы, статьи, стихи. В конце девяностых годов он пишет цикл стихов «Звезда Маир», который становится заметным явлением в поэтических кругах и занимает своё место в антологии лучших произведений серебряного века. К началу нового века в поэзию Сологуба возвращается беспросветность и тоска его ранних стихотворений.

Друг мой тихий, друг мой дальный,
Посмотри, —
Я холодный да печальный
Свет зари.

Я напрасно ожидаю
Божества, —
В бледной жизни я не знаю
Торжества.

Над землею скоро встанет
Ясный день,
И в немую бездну канет
Злая тень, —

И безмолвный, и печальный,
Поутру,
Друг мой тайный, друг мой дальный,
Я умру.

В 1904 году в издательстве «Скорпион» выходит «Третья книга стихов». Эта книга включает в себя сразу два сборника – «Третью книгу стихов», в которой стихи преимущественно до 1900 года, наполненные грустью, смертью и увяданием, и «Четвёртую книгу стихов», состоящую из произведений 1900 – 1902 годов, в которых слышны совсем другие настроения.
В 1902 году заканчивается десятилетний труд над романом «Мелкий бес». Эта книга принесла Сологубу всероссийскую известность. Правда, издать и получить первые рецензии на неё удалось лишь через пять лет, в 1907 году. Тот факт, что в 1908 её переиздали, а потом переиздали в 1910 году, говорит сам за себя. При жизни Сологуба «Мелкий бес» переиздавали десять раз. Критики поставили этот роман в один ряд с «Господами Головлёвыми» Салтыкова-Щедрина и «»мёртвыми душами» Гоголя. Речь в романе идёт об учителе гимназии маленького уездного городка Ардалионе Передонове, садисте, сходящем с ума в ожидании места инспектора, измученного собственной злобой, подозрительностью и «недотыкомкой». После выхода в свет романа многие думали, что само слово «недотыкомка» было придумано автором. Сологуб, также как и в «Тяжёлых снах», описывал реальных людей, с которыми встречался и сосуществовал в годы своего учительства, сохраняя характерные слова и выражения. «Недотыкомка» — это диалектное слово новгородской и валдайской губерний из области народной демонологии. Оно означает сущность, которая одновременно и есть, и нет, до которой нельзя дотронуться. Она, по словам одного из критиков, от гоголевского чёрта перебралась к Ипполиту Достоевского, а оттуда в произведения Сологуба. Александр Блок написал о ней: « Недотыкомка – это ужас житейской пошлости вообще». Во время работы над романом Сологуб пишет стихотворение

Недотыкомка серая
Всё вокруг меня вьётся да вертится, —
То не Лихо ль со мною очертится
Во единый погибельный круг?
Недотыкомка серая
Истомила коварной улыбкою,
Истомила присядкою зыбкою, —
Помоги мне, таинственный друг!
Недотыкомку серую
Отгони ты волшебными чарами,
Или наотмашь, что ли, ударами,
Или словом заветным каким.
Недотыкомку серую
Хоть со мной умертви ты, ехидную,
Чтоб она хоть в тоску панихидную
Не ругалась над прахом моим.

В середине девяностых в Петербурге было три основных центра литературной жизни – салон Мережковских, «Башня» Вячеслава Иванова и воскресенья у Сологуба. В начале 1899 года Сологуб получил казённую квартиру на 7 линии Васильевского острова. Сюда с сентября по апрель по воскресеньям в восемь вечера приходили декаденты, символисты, начинающие поэты, писатели. Говорили только об искусстве, никаких бытовых тем не обсуждали. Вечера вёл Сологуб, он приглашал того или иного автора прочесть свои произведения. Обсуждать услышанное было не принято. В конце вечера Фёдор Кузьмич читал что-либо из своего. Здесь можно было увидеть Блока, Кузьмина, Ремизова, Тэффи, Корнея Чуковского, Пяста, Вячеслава Иванова, Бориса Зайцева, художников- «мирискусников» Сомова, Бакста, Добужинского, философов Шестова, Бердяева и многих других. Иногда собиралось до сорока человек. Многие из них оставили воспоминания о вечерах у Сологуба, свои личные впечатления от общения с ним. Розанов назвал его как-то «кирпич в сюртуке» и это определение понравилось многим, так стали называть между собой молодые поэты и писатели маститого мэтра. После выхода «Мелкого беса» его считали колдуном и магом, что было в духе той эпохи спиритических сеансов. «Хаос шевелится за спиной у Сологуба», — говорили о нём. Один из посетителей его салонов вспоминал: «Я надел пальто, поднял глаза на него, чтобы попрощаться. Вы видали слепок с мёртвого лица, который как бы он ни воспроизводил черты лица — всё же не даёт живого выражения, схвачен в момент застылости, оцепенения? Так вот… Маска, совершенная маска…»
В 1906 году Сологуб выпускает пятую книгу стихов «Родине», в которой отзывается о революции пятого года. В это время набирают популярность его политические сказочки, короткие с незатейливыми сюжетами рассказы, В 1905 году он выпускает «Книгу сказок», а в 1906 – «Политические сказочки».
Его внимание привлекает театр, он пишет пьесы «Литургия мне», «Дар мудрых пчёл», «Ванька ключник и Пан-Жеан», принимается за работу над новым романом « Навьи чары», который в окончательном варианте стал называться «Творимая легенда».
В 1907 году от воспаления лёгких умирает его младшая сестра Ольга. Её смерть поэт переживает очень тяжело, на время прекращаются воскресные встречи у Сологуба. А в 1908 году он женится на писательнице и переводчице Анастасии Чеботаревской. Эта любовь была единственной большой любовью его жизни. Жена стала ближайшим другом и помощником Фёдора Кузьмича во всех его литературных делах. Финансовое положение Сологуба росло вместе с его известностью, в 1910 году семья переезжает на Разъезжую улицу. В новом доме был открыт новый салон, в котором собирался весь литературный, художественный и театральный Петербург. В начале десятых годов Сологуб заинтересовался футуризмом, через свою супругу познакомился с Игорем Северяниным, устроил ему вечер в своём салоне, печатал свои стихи в альманахах эгофутуристических изданий.
В начале десятых годов интерес общества к новому искусству заметно возрос, популярность Сологуба, автора «Мелкого беса» и «Творимой легенды» была высокой. Возникла идея проехать по городам страны с лекциями «Искусство наших дней». После того, как лекция была подготовлена, Сологуб вместе с Игорем Северяниным отправляется в турне. На своих встречах с публикой поэт и писатель размышляет о соотношении искусства и жизни. С этими лекциями Сологуб ездил по стране вплоть до начала Первой мировой войны.
В 1915 году Сологуб выпускает книгу стихов «Война», которая была принята и публикой и критикой без воодушевления. На протяжении нескольких лет еженедельно в «Биржевых новостях» Сологуб публикует свои статьи, в которых прослеживается его отношение к войне. Февральскую революцию, как и большинство деятелей искусств, он принимает с большим воодушевлением, октябрьскую – категорически отвергает.
К девятнадцатому году жизнь Сологуба становится настолько невыносимой, что он, противник эмиграции, пишет письмо Ленину, в котором просит его разрешить ему с женой покинуть страну хоть на короткое время для приведения в порядок расшатавшегося здоровья. Террор, страшные истории, которые рассказывают знакомые, голод, неверие в счастливый исход дела доводят Анастасию Чеботаревскую до отчаяния. Несколько раз Сологуб получает отказ на выезд из страны. Всё-таки в сентябре 1921 года вопрос с отъездом за границу решается положительно, отправление в Ревель намечено на 25 сентября. А 23го вечером Анастасия вышла из дома на Васильевском острове, где семья тогда проживала, дошла до Тучкова моста и бросилась в Неву. Прохожие не смогли её спасти. Горе, постигшее Фёдора Кузьмича со смертью жены, он так и не смог пережить.
Сологуб остался жить в России. 11 февраля 1924 года в зале Александринского театра праздновался сорокалетний юбилей его творческой деятельности. Со сцены Сологуба поздравляли и приветствовали Мандельштам, Ахматова, Замятин, Кузьмин, Белый. « Всё было так великолепно, будто все забыли на время, что живут при советской власти», — вспоминает один из гостей того вечера.
Он умер после долгой, тяжёлой, мучительной болезни 5 декабря 1927 года и был похоронен рядом с женой, Анастасией Чеботаревской, на Смоленском православном кладбище.
В Советском Союзе его произведения не печатались, творчество Фёдора Сологуба считалось антисоветским. Но всё же …В 1943 году в блокадном Ленинграде был выпущен сборник стихов «Русские поэты о Родине». И в этом сборнике стихи Сологуба.

В тени косматой ели,
Над шумною рекой
Качает черт качели
Мохнатою рукой.
Качает и смеется,
Вперед, назад,
Вперед, назад,
Доска скрипит и гнется,
О сук тяжелый трется
Натянутый канат.
Снует с протяжным скрипом
Шатучая доска,
И черт хохочет с хрипом,
Хватаясь за бока.

Держусь, томлюсь, качаюсь,
Вперед, назад,
Вперед, назад,
Хватаюсь и мотаюсь,
И отвести стараюсь
От черта томный взгляд.
Над верхом темной ели
Хохочет голубой:
— Попался на качели,
Качайся, черт с тобой!-
В тени косматой ели
Визжат, кружась гурьбой:
— Попался на качели,
Качайся, черт с тобой!-
Я знаю, черт не бросит
Стремительной доски,
Пока меня не скосит
Грозящий взмах руки,
Пока не перетрется,
Крутяся, конопля,
Пока не подвернется
Ко мне моя земля.
Взлечу я выше ели,
И лбом о землю трах!
Качай же, черт, качели,
Все выше, выше… ах!

(с) Саша Ветров для В. Штагера